Воскресенье, 23.07.2017, 19:42
Приветствую Вас Гость | RSS

Сайт Д.И. Ермоловича



Если вы регистрировались
Login:
Пароль:
ПОИСК ПО САЙТУ
РАЗДЕЛЫ САЙТА
Если вы регистрировались
Login:
Пароль:
Носители совершенства © Д.И. Ермолович, 2005 г.


Носители совершенства

(Перевод и переводчики в советском кино: образы и сентенции. Статья первая)


В советских художественных фильмах переводчики (в качестве действующих лиц) почти не фигурировали, да и вообще темы перевода по сюжету затрагивались крайне редко. Тем не менее в каких-то кинокартинах, в основном комедиях, всё же были то маленькие сценки, то реплики на эту тему. Они любопытны: по ним можно судить, как советские кинематографисты представляли нашу профессию себе и зрителям, что они в ней видели и как они ее трактовали. Нисколько не претендуя на полноту обзора, я расскажу в этой статье о некоторых запомнившихся мне эпизодах.

Совет Варвары Капитоновны

В 1960 году вышел на экраны фильм «Русский сувенир» – последний опыт в жанре комедии-ревю кинорежиссера Григория Александрова (постановщика классических советских мюзиклов «Весёлые ребята», «Цирк», «Волга-Волга», «Весна»). Сюжет сводится к тому, что молодой советский инженер Варвара Капитоновна (актриса Любовь Орлова) демонстрирует скептичным капиталистам-иностранцам достижения Страны Советов. Она не только успешно доказывает им преимущества советского образа жизни, но и попутно влюбляет в себя почти всех членов делегации (не доводя, разумеется, дела до «аморалки»).

Фильм оказался на редкость слабым. Он с треском провалился и даже был раскритикован в журнале «Крокодил». Спустя несколько недель показа его положили на полку.

Просматривая этот фильм сегодня, поражаешься нелепости и фальши, которыми пронизан практически каждый диалог, каждая мизансцена. Участие в фильме Эраста Гарина, Андрея Попова, Элины Быстрицкой, Павла Кадочникова и других выдающихся актёров никак не спасает положения, а только заставляет сочувствовать мастерам экрана, вынужденным разменивать свой талант на бездарную пропаганду. Тяжело смотреть на 58-летнюю Орлову в роли девушки (как известно, у Александрова была идея-фикс представить свою жену на экране вечно юной, и в последний раз она изображала молодую женщину в его фильме «Скворец и лира», когда ей было 70 лет).

Впрочем, нас интересует не фильм в целом, а что там было о переводе. «Порадую» читателей одним из перлов. Молодой и красивый Валентин Гафт изображает французского певца, который, изнывая от любви к строителям коммунизма, на запруженной народом площади какого-то сибирского города исполняет под аккомпанемент рояля песню со следующими словами:

«Я очень, очень рад,
что русское товарищ
легко перевести
на слово
камарад».

Эти вирши, конечно, достойны занесения в какую-нибудь книгу рекордов глупости и косноязычия.

Заслуживает упоминания и диалог между Варварой Капитоновной и молодой переводчицей Ларисой Курлычкиной, приглашенной провести для иностранцев экскурсию по сибирскому городу. Лариса взволнована.

Варвара Капитоновна. Почему вы так волнуетесь, девушка?
Переводчица Лариса. Я институт еще не закончила. Я боюсь, что не смогу вспомнить, что надо говорить.
Варвара Капитоновна (проникновенным, но несколько менторским тоном). Не надо бояться, Лариса. Если будете говорить правду, ничего не придется запоминать.

Вот так, дорогие товарищи гиды-переводчики. А вы-то всё боитесь чего-нибудь не вспомнить. Следуйте совету незабвенной Любови Орловой в роли Варвары Капитоновны, и всё будет хорошо! Кстати, кусочек самой экскурсии в фильме тоже показан. Правда, мы не видим того, что именно демонстрируют экскурсантам, но зато можем наблюдать их самих и переводчицу в интерьере автобуса:

«Посмотрите налево. (Все сидящие в автобусе одновременно поворачивают головы налево). Это новые, строящиеся кварталы города. Посмотрите направо. (Все так же дружно поворачивают головы направо). А это следы уходящей жизни».

Молодец, Лариса, полезную экскурсию провела.

Доживём до совершенства

В 1968 году вышел на экраны фильм «Доживём до понедельника» режиссёра Станислава Ростоцкого по сценарию Георгия Полонского. Эта картина имела огромный успех и, кроме прочего, стала удачным дебютом в кино актрисы Ирины Печерниковой, сыгравшей в ней роль молодой учительницы английского языка Натальи Сергеевны.

Основной сюжетный конфликт фильма заключается в неспособности еще юной и резковатой Натальи Сергеевны найти общий язык со своими учениками. В какой-то момент учительница задумывается над тем, не лучше ли ей уйти из школы и подыскать себе другое место. Какую же другую работу считает достойной себя учительница английского, потерпевшая фиаско на педагогическом поприще? Ну, сами понимаете, – работу переводчика!

Зайдя в учительскую, когда там никого нет, Наталья Сергеевна поднимает трубку телефона и набирает номер. Она звонит в некую организацию, которой предлагает свои услуги. На другом конце провода, видимо, спрашивают: «Какими языками владеете?».

Ответ Натальи Сергеевны обезоруживает:

– Английским, французским – в совершенстве.

Вот это да! И какой только вуз кончала эта девушка? Где её этому научили или, точнее, где её не отучили от выражения владеть языком в совершенстве?

При всем уважении к сценаристу фильма думаю, что этот прокол следует отнести на его счёт (если только он не хотел выставить свою героиню самовлюблённой зазнайкой). Не знал он, видимо, что среди профессиональных переводчиков, педагогов и лингвистов не принято говорить о себе, что знаешь язык «в совершенстве». Употреблять это выражение, пусть и расхожее среди дилетантов, считается у нас дурным тоном. Нужно ли доказывать, что «в совершенстве» никто не знает ни один язык, включая родной? Даже переводчики-синхронисты высшего класса скажут о себе только, что они владеют иностранным языком «свободно». А школьная «англичанка» должна была постыдиться заявлять о владении «в совершенстве» аж двумя иностранными языками сразу. Всем известно, с каким «совершенным» знанием языков покидали (да и сейчас покидают) у нас стены вузов их выпускники и как быстро эти «совершенные» знания деградируют у школьных педагогов.

Но с другой стороны, в этом выражении – «владеет в совершенстве» – просвечивает обывательски-наивное отношение к переводчику. С точки зрения не искушённых в языках людей (включая и многих кинематографистов), мучившихся много лет в школе над проклятым «инглишем» или «дойчем» и не запомнивших в итоге и десятка иностранных слов, – переводчик, умеющий не просто связать два слова, а и общаться на иностранном языке, уже почти небожитель. А небожителям полагается обладать совершенными знаниями.

Много ли нужно, чтобы стать переводчиком

С эпизодом из «Доживём до понедельника» хорошо коррелирует – только в пародийном ключе – сценка из комедии «Джентльмены удачи» режиссера Александра Серого по сценарию Виктории Токаревой и Георгия Данелии, вышедшей три года спустя после «Доживём до понедельника» (в 1971 году).

«Джентльмены удачи» и сегодня остаются одним из любимых в народе фильмов, так что пересказывать его сюжет нет необходимости. Напомню лишь два коротеньких эпизода с участием актёров Георгия Вицина и Савелия Крамарова, играющих роли беглых уголовников Хмыря и Косого. Им велено учить английский язык, потому что человек, которого они принимают за вора в законе по кличке Доцент (Евгений Леонов), якобы планирует «брать посольство». Шайка временно проживает на зимней даче профессора-археолога. Усевшись в саду профессорской дачи – Хмырь на раскладном стуле с учебником английского языка, Косой на качелях, – эта парочка занимается английским. Хмырь проверяет Косого на знание выученных слов.

Хмырь. Карандаш?
Косой. Э пенсил.
Хмырь. Стол?
Косой. Э тейбл.
Хмырь. Девушка?
Косой. Чувиха.
Хмырь. Да нет же! Гёрл!
Косой. Оу, йес, гёрл!
Хмырь. Йес, йес... ОБХС!

А спустя несколько дней Хмырь спрашивает Косого, чем бы тот занялся, если бы завязал с воровским ремеслом. Косой отвечает гениальной репликой:

Могу снег чистить, кирпичи класть... или переводчиком. Английский я знаю.

Эта фраза недаром стала крылатой. В заявлении Косого «английский я знаю» не хватает только добавки «в совершенстве», какую мы слышали из уст героини Ирины Печерниковой. Мудрые авторы сценария очень здорово посмеялись над некоторыми выпускниками краткосрочных курсов, которые до того чугунные батареи перетаскивали. Главное – напор! Почитал учебник, посидел над упражнениями, подучил слова – и пожалуйста, вот вам переводчик, может по толстому роману в месяц переводить. Да ещё работать согласен примерно по тем же ставкам, какие платят за укладку кирпичей. Вот только, в отличие от Косого, снова снег чистить и кирпичи класть такие люди не готовы. Им надо по-быстрому справочку получить, насчет владения в совершенстве.

Как переводить тарабарщину

По поводу перевода шутил в своих комедиях и режиссёр Леонид Гайдай.

В «Кавказской пленнице» (1967, сценарий Л. Костюковского, М. Слободского, Л. Гайдая) знаменитая троица Бывалый, Балбес и Трус (Евгений Моргунов, Юрий Никулин и Георгий Вицин) в одном из эпизодов изображала «горцев», говорящих на экзотическом языке. Джабраил (актёр Фрунзик Мкртчян) знакомит с ними Шурика (Александр Демьяненко), чтобы привлечь его к участию в «похищении невесты». Троицу представляют как «кунаков влюбленного джигита», которым следует передать невесту после похищения.

Встреча происходит в ресторане. У столика, за которым сидят Шурик и Джабраил, появляется комическая троица. Их папахи, черкески с газырями и кинжалы производят большое впечатление на Шурика – собирателя фольклора и экзотических обрядов.


Джабраил. Знакомьтесь! Они, к сожалению, совершенно не говорят по-русски. Но… всё понимают!
Кунаки приветствуют Шурика и присаживаются к столу.
Бывалый
. Барда варлы. Курзал!
Шурик. Что он говорит?
Джабраил (в замешательстве). Он говорит… (Обрадованно – придумав, как «перевести» сказанное). «Приятного аппетита». Кушайте, кушайте! (Гневно сверкает глазами на Бывалого, поставившего его в тупик своей тарабарщиной).
Балбес (включается в общение сначала молча. Как фокусник, он достает из газырей два патрона, один из которых оказывается папиросой, а другой зажигалкой. Закурив, подмигивает Шурику). Бамбарбия. Кергуду!
Шурик. Что он сказал?
Джабраил (уже войдя в роль «переводчика»). Он говорит: если вы откажетесь, они вас зарежут. (После паузы). Шутка!

Эта смешная сценка ярко демонстрирует, что иллюзия общения может возникать и тогда, когда исходный текст непонятен, а перевод является плодом воображения посредника. В реальной практике перевода действительно бывает, что переводчик вынужден импровизировать, сообразуясь с обстановкой, и если это у него получается, то адресат перевода может ничего не заметить.

Иногда она не переводится

В другой знаменитой комедии Л. Гайдая «Бриллиантовая рука» (1969) представлен шутливый киноперевод. В те времена почти все иностранные фильмы для советского проката дублировались, а переводящий голос звучал за кадром отнюдь не так часто, как в наши дни. Прием закадрового перевода обычно использовался в отечественных фильмах, где были эпизоды про иностранцев или иностранную жизнь.

В отличие, например, от «Русского сувенира» и «Скворца и лиры», где все «заграничные» персонажи общались между собой на идеальном русском языке, во многих других фильмах «иностранцев» для вящей убедительности заставляли говорить по-иностранному, а для зрителя на приглушённое звучание беседы накладывался закадровый перевод. Прочитать такой перевод поручалось обычно тренированному диктору, и в этом деле каким-то образом сложилась традиция произносить переводной текст излишне ровным, почти механическим голосом.

Вот эту-то традицию и спародировали авторы «Бриллиантовой руки». В некоем средиземноморском городе перед аптекой под вывеской “Apoteka Chikanuk” стоят двое – пожилой аптекарь (актер Григорий Шпигель) и его молодой подручный гангстерского вида (Леонид Каневский). Они говорят на неизвестном наречии (но внимательный читатель узнает в их тарабарщине некоторые слова из европейских языков).

Помощник аптекаря. Интес. Ке ора тель?
Женский голос за кадром (имеет грудной тембр, звучит с нарочито бесстрастной интонацией). Ну где же он?
Аптекарь. Мор бритте! Несо кор.
Голос за кадром. Спокойно. Должен прийти.
Помощник аптекаря. Пурген ласте – шорт побери?
Голос за кадром. Пароль старый – черт побери?
Аптекарь. Шорт побери.
Голос за кадром. Черт побери.
Помощник аптекаря (нервно). Кен эден райт – жастви Михаил Светлов?
Голос за кадром. А он точно с теплохода «Михаил Светлов»?
Аптекарь. (Его речь неразборчива, так как на нее накладывается «перевод»).
Голос за кадром. Нам сообщили так.
Помощник аптекаря. (Речь неразборчива).
Голос за кадром. Теплоход через час уйдёт.
Аптекарь (срываясь на нервный крик). Айзе! Лахе швайзе купадон! Из инте тах мах пинто! Вас нумфо нек нем фуралай нет ча-ча-ча, срукаделло фит!
Голос за кадром (снова звучит после реплики, ровным тоном). Заткнись.
Помощник аптекаря (почти в ярости, с гримасами и жестикуляцией). Порко мадонна ди умбесто! Пер бако кастела ди мембрана схимаринчесарвест итхам дураля!
Голос за кадром. Простите, погорячился.

В последних двух репликах этого разговора создается комический эффект обманутого ожидания. Если до определенного момента внимание зрителя сосредоточено на самом действии, то затем оно переключается на «перевод»: то, что зритель видит и воспринимает в поведении персонажей, входит в резкий контраст с тем, что преподносится под видом перевода. Аптекарь и его подручный осыпают друг друга многословными ругательствами, тогда как «переводчик» ограничивается короткими репликами, явно противоречащими сказанному не только по длительности звучания и эмоциональной окраске, но и по ситуативному смыслу.

Позднее мы сталкиваемся с забавными аптекарями еще раз. Поняв, что отдали бриллианты не тому, кому нужно было, они снова вступают в перепалку.

Помощник аптекаря. (Речь неразборчива).
Голос за кадром. Куда ты смотрел, старый осел?
Аптекарь. (Речь неразборчива).
Голос за кадром. Но тот тоже сказал пароль «Черт побери»!
Помощник аптекаря. Шорт побери, шорт побери! Воно сэс кусто вэн шлак мордюк!
Аптекарь. То кэс кус мордюк таде шлак!
Продолжается ожесточённая перепалка, на которую накладывается реплика диктора: Дальше следует непереводимая игра слов с использованием местных идиоматических выражений.

Здесь Гайдай уже по-другому подтрунил над закадровым переводом, заменив его псевдонаучным комментарием. Конечно, подобные комментарии в реальной практике киноперевода никогда не делались, но то, что перевод был в те времена инструментом сглаживания углов и цензуры, всем было известно.

Фраза диктора стала крылатой. Думаю, что и по сей день благодаря этому фильму далёкие от лингвистики люди полагают, будто «идиоматическое выражение» значит что-то очень неприличное.

Как нельзя обращаться с переводчиками

Ещё кое-что на интересующую нас тему было и в популярной комедии Л. Гайдая «Иван Васильевич меняет профессию» (1973). Фраза о переводчиках, прозвучавшая в фильме, тоже стала крылатой. Правда, ею (как и всей сценарной основой) фильм обязан пьесе Михаила Афанасьевича Булгакова, откуда она и перекочевала на экран.

Управдом Иван Васильевич Бунша, разительно похожий на Ивана Грозного (артист Юрий Яковлев), вместе с квартирным вором Жоржем Милославским (Леонид Куравлёв) попадает на машине времени в прошлое – в древнюю Русь, меняясь местами с настоящим царём. В прошлом все принимают Буншу за царя, и ему какое-то время приходится исполнять государевы обязанности, в том числе принимать шведского посла.

Посол. Дер гроссер кениг дес шведишен кёнигсрейх зандте мих, зейнен трейен динер, цу инен, царь и фелики кнезе Иван Василович Усарусса...
Милославский. Интурист, хорошо говорит!
Бунша. А что он говорит, конкретно?
Милославский. А пёс его знает! (Обращаясь к дьяку Федьке). Феденька, надо бы переводчика!
Дьяк. Был у нас толмач-немчин. Ему переводить, а он лыка не вяжет. Мы его в кипятке и сварили.
Милославский. Нельзя так с переводчиками обращаться!

Здесь я не могу не сделать лирического отступления и не вспомнить ещё один фильм — правда, не советский, а американский. Это фильм «Возвращение джедая» (Return of the Jedi, 1983) режиссёра Дж. Лукаса — одна из серий «Звёздных войн». В нём авторы тоже пошутили на тему о том, как властители обращаются с переводчиками. Джаббе, правителю планеты Татуин, присылают в подарок двух дроидов (роботов). Одного из них, Ситрипио, отправляют на беседу к роботу-«завхозу», чтобы определить, на какую работу его пристроить.

«Завхоз». Отлично, новые поступления! Ты протокольный робот, не так ли?
Ситрипио. В общем, да.
«Завхоз». Сколькими языками владеешь?
Ситрипио. Я свободно владею более чем шестью миллионами форм коммуникации, и могу легко…
«Завхоз» (перебивает). Отлично! А то мы остались без переводчика с тех пор, как хозяин рассердился на последнего и дезинтегрировал его.
Ситрипио (испуганно). Дезинтегрировал?
«Завхоз». Эй, охрана! От этого протокольного дроида может быть польза. Приделайте к нему болт-ограничитель и отведите в зал для аудиенций его превосходительства.

Итак, если в прошлом правители приказывали варить провинившихся переводчиков в кипятке, то в будущем (если верить «Звёздным войнам») их будут «дезинтегрировать». Методы разные, а отношение всё то же…

Но вернёмся к приключениям Ивана Васильевича. Выяснив, что переводчика нет, Милославский возвращается к Бунше.

Посол (продолжает). …шведише арме эроберн хат…
Милославский (Бунше). Отвечай что-нибудь – видишь, человек надрывается.
Бунша. Гитлер капут!

В этом эпизоде многие советские зрители смеялись не только над забавным ходом сюжета и яркой игрой актеров (дьяк Федька – Савелий Крамаров, посол – Сергей Филиппов), но, вероятно, и над собственным плачевным знанием иностранных языков. Прощаясь с послом, Милославский (который в пьесе Булгакова легко отдал шведам Кемскую волость, а в фильме Гайдая, наоборот, проявил патриотизм и не дал сделать этого Бунше) тоже, собрав все свои знания иностранных слов, обнаруживает их скудость:

Милославский. Ну, ауфвидерзеен, гудбай, оревуар! Короче говоря, чао!

Будем надеяться, что те, от кого это зависит, учтут совет Жоржа Милославского о том, как нельзя обращаться с переводчиками, даже несмотря на отсутствие в их работе совершенства, а также склонность ряда коллег к зелёному змию.

Но до сих пор мы говорили в основном о том, как поминали переводчиков в комедиях. Конечно, это был поверхностный взгляд на нашу профессию. Неужели никто в нашем кино ХХ века не показал её с серьёзной стороны? К счастью, это не так. В золотой фонд советского кинематографа входит фильм, где есть не только серьёзные высказывания о переводе, но и главным героем стал талантливый переводчик.

Об этом фильме – в следующей статье.


Опубликовано в журнале «Мосты» №3/7 (2005)