Среда, 28.06.2017, 10:10
Приветствую Вас Гость | RSS

Сайт Д.И. Ермоловича



Если вы регистрировались
Login:
Пароль:
ПОИСК ПО САЙТУ
РАЗДЕЛЫ САЙТА
Если вы регистрировались
Login:
Пароль:
Что можно сделать из конфетки

Опубликовано в журнале «Мосты» №3/19 (2008)


© Д.И. Ермолович, 2008 г.


Что можно сделать из конфетки


Вы смотрели диснеевскую «Мэри Поппинс»?

Удивительно, но, несмотря на всеобщую любовь к продукции компании «Уолт Дисней», в нашей стране про этот знаменитый кинофильм знают очень немногие, видели его ещё меньше людей, а поклонников у него, вероятно, вообще единицы. Такой вывод я делаю хотя бы по тому, что даже в русской версии «Википедии» про этот фильм написаны буквально две бесстрастные строчки (по состоянию на начало сентября 2008 г.). Цитирую:

«Мэри Поппинс» — кинофильм. Экранизация произведения, автор которого — П. Л. Трэверс. 5 премий «Оскар». Фильм можно смотреть детям любого возраста.

И это всё! О фильме, который завоевал пять «Оскаров», а выдвигался на эту награду в тринадцати номинациях!

Конечно, в 1964 году, когда фильм вышел, советские люди не имели шансов его посмотреть: новые диснеевские киноленты у нас тогда не закупались — то ли потому, что были слишком дороги, то ли из-за того, что рассматривались как источник вредного идеологического влияния на пионеров и октябрят. Однако во всем остальном мире американская «Мэри Поппинс» произвела настоящую сенсацию.

Мне немного жаль, что я не посмотрел этого фильма в детстве. Представляю, в какой восторг привело бы меня это зрелище в те годы, как глубоко и надолго запечатлелось бы оно в детском сознании. В 1964 году мне посчастливилось лишь полистать номер журнала «Америка», в котором новому фильму была посвящена большая статья с роскошными иллюстрациями.

Впрочем, диснеевская «Мэри Поппинс» произвела на меня незабываемое впечатление и в 1990-е годы, когда я посмотрел картину уже в весьма зрелом возрасте. Авторы экранизации — сам Уолт Дисней в качестве продюсера и режиссёр Роберт Стивенсон — не пошли по пути дотошного пересказа книги, обычно превращающего фильм в скучноватую иллюстрацию к литературному первоисточнику. Они дали волю фантазии и перевоссоздали сказочную историю на языке кино, задействовав все его богатейшие возможности и соединив игру блестящего ансамбля актёров с рисованной и кукольной мультипликацией (что было по тем временам выдающимся техническим достижением).

Говоря о технике, нельзя не упомянуть новаторские для того времени спецэффекты и монтаж (за то и другое фильм получил по «Оскару»). Эти спецэффекты и сорок с лишним лет спустя смотрятся вполне достойно, а уж в ту доцифровую эпоху казались чем-то невероятным.

Но дело, конечно, не только в новаторских приёмах или технических трюках. Главное то, что создателям фильма удалось сделать увлекательную и лёгкую по форме, но при этом глубокую по смыслу картину для детей и взрослых, в которой соединились развлекательность и поучительность, наивность и мудрость, юмор и ирония, веселье и грусть. Сплав этих качеств оказался столь органичным, что диснеевская «Мэри Поппинс» — несмотря на все её вольности по отношению к литературной основе — приобрела статус канонической экранизации. На Западе никому и в голову не может прийти, что сказочные повести Трэверс могут быть воплощены в кино как-то иначе.

Напомню также, что 60-е — 70-е годы прошлого века были золотым веком киномюзикла, и фильм «Мэри Поппинс» стал одним из вершинных достижений в этом жанре. Музыкальные темы и песни, которые там звучат (композиторы фильма — Ричард и Роберт Шерманы), разнообразны по ритму, темпу и настроению, но все легко запоминаются и подхватываются, их хочется напевать. (Один из «Оскаров» достался фильму за музыку в целом, ещё один – за лучшую песню). Великолепна и хореография: к примеру, от пляски трубочистов на крыше просто захватывает дух.

В 1964 году «Оскара» за лучшую женскую роль получила Джули Эндрюз, исполнительница роли Мэри Поппинс, в которой она показала себя едва ли не как идеальная синтетическая актриса, обладающая и драматическим, и певческим, и танцевальным талантом, не говоря уже о превосходных внешних данных. Со времени этого своего кинодебюта Эндрюз стала мегазвездой экрана.

Одним словом, авторам удалось сделать талантливую киносказку-мюзикл, о качествах которого во всех отношениях можно говорить лишь в превосходной степени. Это один из шедевров мирового киноискусства для детей.

Тут, правда, я должен сделать одну оговорку: это справедливо, если говорить об оригинальной, англоязычной версии фильма.

Но в странах, где говорят на других языках, «Уолт Дисней» предпочитает показывать дублированные версии своих произведений, причём дублируются не только диалоги, но и вокальные партии. До недавнего времени я думал, что фильм «Мэри Поппинс» оказался исключением из этого правила и что в России его не стали распространять. Не припомню ни его рекламы, ни широкого проката в нашей стране (в отличие от многих других полнометражных диснеевских картин).

Но недавно выяснилось, что я ошибался: знакомые сообщили мне, что русская дублированная версия «Мэри Поппинс» на самом деле существует! Раздобыв диск, я тут же решил его посмотреть: мне не терпелось узнать, как же зазвучал на русском языке текст фильма, особенно шутки, каламбуры, реалии, придуманные слова, ну и, конечно, песни.

И вот я смотрю фильм. Картинка и музыка, разумеется, точно те же; звучащий русский текст технически «уложен» в губы актёров с приемлемым качеством; диалоги и реплики вроде бы о том же, что и в оригинале, но… смотреть этот фильм через несколько минут стало невыносимо скучно. А чем дальше, тем яснее становилось, что признанный шедевр не только лишился в русском дублированном варианте своего блеска, но и вообще перестал быть сколько-нибудь интересным зрелищем. Даже Джули Эндрюз, казалось, утратила свой актёрский дар и энтузиазм. Так, средняя актриска, «вполноги» отрабатывающая свою роль… За что тут давать «Оскара»?

Что ж, будем разбираться, в чём дело.

Мэри Поппинс с Харькова

Начнём с дублирующего коллектива. Соответствие голосам оригинальных исполнителей весьма приблизительное. Особенно невыразительны голоса Берта и мистера Бэнкса (столь богатые по тембру и интонациям у актёров Дика Ван Дайка и Дейвида Томлинсона). Кроме того, сразу возникает мысль о том, что дубляж, видимо, заказывали на Украине (там дешевле? у компании «Уолт Дисней» не хватило денег на дубляж в Москве или Питере?). Потому что главное действующее лицо – идеальная няня Мэри Поппинс – разговаривает с не сильным, но всё-таки явным харьковским акцентом.

Прошу понять меня правильно: я вовсе не принадлежу к числу тех людей, кто презрительно относится ко всем другим диалектам и говорам, кроме московского. Дело совершенно в другом: ведь по сюжету сказки Мэри Поппинс – человек-совершенство, образец во всех отношениях. Следовательно, её речь тоже должна соответствовать некоему стандарту. И действительно, в оригинале из уст героини Джули Эндрюз мы слышим безупречное Received Pronunciation. Естественно ожидать, чтобы и в русском варианте фильма выговор идеальной няни отвечал образцовой фонетической норме. Любые, даже самые маленькие диалектные особенности будут просто мешать восприятию этого персонажа таким, каким он задуман авторами.

Они и мешают. А теперь поговорим о речи другого героя – Берта. Это немного загадочный персонаж, приятель Мэри Поппинс, который предстаёт в роли то уличного музыканта и куплетиста, то художника, рисующего на асфальте, то трубочиста. Он шутник и весельчак, который говорит и ведёт себя вроде бы как простой парень из городских низов, хотя на самом деле он отнюдь не прост – наоборот, умён и проницателен. Роль Берта была специально создана Диснеем для Дика Ван Дайка – блестящего американского комика и тоже универсального актёра, составившего достойную пару Джули Эндрюз.

Вот первая реплика Берта в фильме:

All right, ladies and gents... comical poems suitable for the occasion...
extemporized and thought up before your very eyes. All right, here we go!

По-русски:

Здорóво, леди и джентльмены! Щас я вам представлю комические стишата, которые сочиню сей момент прямо тут у вас на глазах. Заводи потихоньку!

При сравнении сразу обнаруживается важная смысловая потеря – никак не передан шутливый плеоназм “poems… extemporized and thought up” (по смыслу что-то в духе: «экспромт и сочинение»). Стилистически же не удалась попытка передать произносительную манеру кокни лексическими средствами. Обращение «здорóво!» к леди и джентльменам звучит слишком нахально, а «сей момент» и особенно «комические стишата» создают впечатление искусственных, стилистически инородных вставок. И как можно «представить» публике стихи, которые ещё не сочинены? Что касается призыва «Заводи потихоньку!», то непонятно, к кому он обращён, – ведь Берт и поёт, и аккомпанирует себе сам. Так, видимо, было решено передать восклицание “here we go!” (здесь по смыслу – «начнём!», «приступим!»).

Короче говоря, первые же слова Берта в русской версии фильма характеризуют его как человека косноязычного и не особенно дружащего с логикой.

Посмотрим, что происходит дальше.

Леди ни одна не устоит

Одна из самых ярких сцен фильма – прогулка Мэри, Берта и детей в загородной местности, куда они попадают через рисунок на асфальте. Это длинная сцена, и вся она поётся и танцуется. С неё мы и начнём внимательнее разбираться в том, как звучат по-русски песенные фрагменты фильма.

Мэри и Берт позволяют детям самостоятельно отправиться к карусели, а сами решают прогуляться вдвоём (в нарисованной стране можно спокойно оставить детей на некоторое время без присмотра). Берт поёт восторженную песенку о Мэри Поппинс:

Oh, it's a jolly holiday with Mary!
Mary makes your heart so light.
When the day is grey and ordinary,
Mary makes the sun shine bright.

По-русски первые две строчки этой песни таковы:

Жизнь – весёлый праздник рядом с Мэри,
А без Мэри жизнь темна.

М-да. Слово holiday переведено по первому словарному значению – как праздник, хотя здесь оно явно значит другое: «выходной день», «день отдыха». Берт в оригинале говорит не про целую «жизнь рядом с Мэри», а всего лишь про то, как приятно провести с ней выходной день, совершить прогулку (что они, собственно, и делают). «Без Мэри жизнь темна» – явное сгущение красок. Речь просто о том, что в компании Мэри создаётся хорошее настроение. Ну да ладно, слушаем дальше:

Если непорядок в атмосфере,
Тучи разведёт она.

Тут ничего плохого про перевод сказать не могу: эти две строчки мне даже нравятся. И смысл здесь передан правильно, и даже неординарность рифмы (Mary – ordinary) сохранена (Мэри – атмосфере). Однако становится ясно, что вторая строка искусственно подрифмована к четвертой, оттого и появилась эта неуместная «жизнь темна». Причём подрифмована небрежно: ну, написали бы «жизнь скучна» – и с этим можно было бы согласиться.

Мэри отвечает Берту комплиментами на комплименты. Она хвалит Берта за галантное отношение к даме: в его компании девушка чувствует себя спокойно, зная, что он никогда не позволит себе с ней ничего лишнего:

Oh, it's a jolly holiday with you, Bert.
Gentlemen like you are few.
Though you’re just a diamond in the rough, Bert,
Underneath your blood is blue.
You'd never think of pressing your advantage,
Forbearance is the hallmark of your creed.
A lady needn't fear when you are near,
Your sweet gentility is crystal clear.

На мой взгляд, эта песенка – великолепный образец того, как можно воспитывать, развлекая. В форме весёлого вокального диалога двух взрослых ребёнку преподносится культурный и этический урок. И пусть даже дети – зрители фильма не до конца поймут и усвоят его смысл сейчас, запомнившаяся песенка вполне способна посеять добрые семена, которые потом дадут всходы, в сознании будущих джентльменов.

Слушаем русский перевод:

А я хочу сознаться, что в тебе, Берт,
Джентльмена узнаю.
Если бы ты знал, как я ценю, Берт,
Обходительность твою.

Ой! Размер строки оказался прокрустовым ложем: в нарушение нормы двухсложное слово джентльмен растянулось на три слога, и исполнительница русской партии Мэри поёт что-то вроде «джен-тель-мена узнаю». Далее, смысл того, что поётся в оригинале, сильно обеднён. Исчез ответный комплимент (it’s a jolly holiday with you), пропала мысль о том, как редко встречаются столь галантные мужчины, а также о том, что в жилах у Берта течёт голубая кровь, хоть его и можно сравнить с неогранённым алмазом.

Конечно, все эти высказывания вряд ли можно без потерь уместить в четыре короткие рифмованные строчки, но фразы «узнаю в тебе джентльмена» (не вполне, кстати, понятно, что это в данном случае значит) и «ценю твою обходительность» даже на троечку не воспроизводят смысл оригинала, а уж о воспитательном подтексте и говорить не приходится.

Дальше «русская» Мэри переходит от комплиментов к критике:

Так незачем кокетничать и хвастать,
Ведь в сердце благородство говорит.

Берт «кокетничает» и «хвастает»? Нет, это никуда не годится. В оригинале ничего подобного нет – там Мэри, наоборот, хвалит Берта за выдержку и такт. Косноязычна фраза «в сердце благородство говорит»; но на ней я не буду подробно останавливаться. Ибо дальше – больше:

Леди ни одна не устоит,
Узнав, что этой леди предстоит…

(Здесь в песенке идут несколько музыкальных тактов без слов, во время которых у зрителя есть возможность задуматься: а что же этой леди, действительно, предстоит?)

Ах, с вами, Берт, весёлая прогулка,
Прогулка в этом солнечном краю.

Слово устоять можно, конечно, употребить в переносном смысле в выражениях устоять перед соблазном, устоять перед искушением. Но когда говорят «не устоять» без дополнений, я это слово с отрицанием понимаю в одном значении, а именно, извините, «упасть» (проверил себя по словарю под редакцией С.А. Кузнецова и не нашёл там примеров без дополнений с другими значениями). Короче говоря, если в оригинале Мэри Поппинс продолжает хвалить Берта за то, что в его обществе даме нечего бояться, то перевод утверждает, что перед Бертом ни одна леди не удержится в вертикальном положении. Скорее всего, это не входило в намерения переводчика, но исходная мысль оказалась полностью извращена.

(И в скобках задам риторический вопрос: с чего это Мэри в последних строках вдруг перешла с Бертом на «вы»?).

Голову не ломали

Больше всего меня интересовало, как русские переводчики справятся со сверхдлинным словом, о котором Мэри и Берт поют целую песню, сопровождаемую энергичным танцем. В этом слове заключена, как сейчас говорят, одна из «фишек» картины. Очень многие дети в англоязычных странах, смотревшие «Мэри Поппинс», хорошо знают это слово и с упоением поют песенку про него. Оно также удостоилось большой статьи в англоязычной «Википедии».

Вот как это слово возникает в фильме. В той же «деревенской» сцене Мэри приходит первой к финишу в скачках, и её окружают репортёры и фотографы. Они забрасывают её вопросами: «Что Вы ощущаете, выиграв скачку?.. Вероятно, у вас нет слов, чтобы выразить свои чувства?».

Но Мэри возражает: «Напротив, для этого есть одно очень подходящее слово. (Обращаясь к Берту). Я права, Берт?»

«Скажи им это слово», – отвечает Берт.

И дальше Мэри Поппинс начинает такую песенку:

It’s supercalifragilisticexpialidocious.
Even though the sound of it is something quite atrocious,
If you say it loud enough you’ll always sound precocious:
Supercalifragilisticexpialidocious.

Сочинив это слово для Мэри Поппинс, авторы фильма проявили хорошее знание детской психологии. Дети ещё не знают значения всех мудрёных слов, которые им предстоит постичь во взрослой жизни. Но они уже слышали многие такие слова и пытаются их повторить и освоить. В английском языке особняком стоят слова «учёного» лексикона, часто романского и латинского происхождения – они длинны, трудны в написании и малопонятны, но таким словом можно «блеснуть» в разговоре и вызвать уважение окружающих.

Мэри Поппинс как идеальная няня, разумеется, настолько эрудированна, что знает самое длинное, самое книжное и самое непонятное слово, применимое к наиболее замысловатым ситуациям. Вот ему и посвящена песенка.

Очень любопытно было узнать, какое же соответствие этому слову придумали русские переводчики. Не знаю, долго ли они ломали голову, но впечатление такое, что они либо не ломали её совсем, либо сдались перед непосильной задачей:

Суперкалифраджилистикэкспиалидошес.
Если я словцом подобным с кем-то переброшусь,
В ситуации любой не опростоволошусь,
Суперкалифраджилистикэкспиалидошес.

Слово просто транскрибировано. Но что это за часть речи? Английское слово и по форме суффикса (-cious), и по функции в предложении – прилагательное. Употребляется оно предикативно, как характеризующее слово. Его общий смысл, вытекающий из песенки (особенно из дальнейших куплетов), – характеристика чего-то грандиозного, великолепного, экстраординарного. А получившееся в транскрипции слово по-русски прилагательным быть не может и никаких смысловых ассоциаций не вызывает. (Да ещё и артикуляционно неблагозвучно: «…кали… фраджи…»).

При этом трудности перевода здесь не так уж велики. Не хочу никого поучать или навязывать собственные варианты, но просто попробую показать, что проблема решаема. Для этого сперва сформулируем переводческие задачи. Их три: 1) создать некое слово-характеристику; 2) сделать его длинным и киижным; 3) придать ему значение чего-то удивительного, экстраординарного.

В русском языке в предикативно-характеризующей функции часто употребляются краткие прилагательные (например, «Это грандиозно»). Значит, сделаем наше слово подобным прилагательным. Так мы решим первую задачу.

Вторую задачу можно решить, исходя из подсказки оригинала. Слово искусственное, но в нём использованы некоторые реально существующие в английском языке аффиксы, а именно super-, -ist, -ic, ex-. Почему бы не пойти дальше по этому пути и не составить по-русски длинное слово путём нанизывания морфем, желательно книжного регистра? Одна такая морфема напрашивается сама – это приставка супер-.

Чтобы решить и третью задачу, нужно подобрать другие морфемы со значением большой величины или исключительности, такие как экстра-, ультра-, мега- и другие. В общем, здесь надо поиграть словесными элементами. В итоге возможен, к примеру, такой вариант:

Суперархиэкстраультрамегаграндиозно.

Конечно, это только одно из возможных решений проблемы. (Надо ещё, разумеется, посмотреть, как наше слово ляжет на изображение). Но оставлять монстра с окончанием на -дошес по-русски нельзя. Несмотря на изобретательные вроде бы рифмы переброшусь и опростоволошусь, он превращает всю песню в бессмыслицу. А английское словечко, хоть и непонятно, но не бессмысленно: у него есть грамматическое и обобщённое лексическое значение.

Кстати, в хорошем художественном произведении одни элементы «работают» на другие. Мудрёное слово supercali…docious в общей системе лексических средств киносценария перекликается с немалым количеством книжных слов и терминов, которые авторы не побоялись включить в детский фильм, в том числе и в тексты песен. Почему бы и нет? Детям полезно слышать иногда изысканную литературную речь. Чего стóит, например, уже встретившаяся нам в песне сентенция Мэри Поппинс: “Forbearance is the hallmark of your creed” (буквально: «Воздержанность – пробирное клеймо твоего кредо»)!

В другой песне юные зрители фильма знакомятся с целым словариком банковских терминов: foreclosure (отчуждение залога), chattels (движимость), trust deeds (доверенности) и даже fiduciary bank (фидуциарный банк). Конечно, эти слова поданы с умом, тактом и юмором. Развитие сюжета от точного знания значений этих слов не зависит, поэтому они не мешают восприятию фильма. Зато дети понимают, что с ними ведут разговор не сюсюкая, а на равных.

С сожалением приходится отметить, что переводчики фильма этого не почувствовали и изъяли из русского перевода все «трудные», как им показалось, слова и термины.

Дочки дочек бойко строятся в рядочек

Ещё одно «недетское» слово и понятие, с которым фильм знакомит зрителя, – это suffragette (суфражистка). Нечто вроде суфражистского гимна исполняет миссис Бэнкс вместе со своими горничной и кухаркой:

We're clearly soldiers in petticoats
And dauntless crusaders for women's votes.
Though we adore men individually,
We agree that as a group they're rather stupid.
Cast off the shackles of yesterday,
Shoulder to shoulder into the fray!
Our daughter's daughters will adore us
And they'll sing in grateful chorus:
“Well done, sister suffragette!”

Вот и русский вариант:

Знают мужчины наш грозный нрав,
Защитницы мы наших женских прав.
Как индивид мужчина очень мил,
Но тупеет быстро средь себе подобных.
Прочь предрассудки вчерашних дней,
Наши ряды с каждым днём тесней,
И скоро дочки наших дочек,
Бойко выстроясь в рядочек,
В честь нас песенку споют.

Займёмся анализом. На первый взгляд, написано бойко и рифмы неплохи. Но дьявол кроется в деталях. Начнём с того, что исчезло слово cуфражистка (в оригинале оно в последней строке, которая повторяется в песне рефреном). Суфражистки выступали, как известно, за избирательные права женщин, о чём и напоминает вторая строка оригинала песни. В русском переводе этого тоже нет, и получается, что речь идет вообще о борьбе за «женские права». В чём эти права заключаются – непонятно, особенно из-за резкого перехода к характеристике мужчин: «Как индивид мужчина очень мил, но тупеет быстро средь себе подобных».

Миссис Бэнкс против нахождения мужчин в обществе себе подобных? В оригинале всё же речь не об этом, там проводится та мысль, что коллективно мужчины довольно глупы – то есть принимают глупые решения. Оттого и нужно предоставить женщинам избирательные права.

К борьбе за это и призывает (по-английски) миссис Бэнкс. Она называет своих единомышленниц «солдатами в юбках», «бесстрашными борцами за право голоса для женщин». В русском же переводе звучит не столько призыв к борьбе, сколько угроза – «Знают мужчины наш грозный нрав». Весьма сомнительный комплимент женщинам. Впрочем, понятно, откуда взялся этот «грозный нрав»: нужна была рифма к слову прав.

А наименее удачной мне кажется концовка. В оригинале поётся (дословно): «дочери наших дочерей будут восхищаться нами и благодарным хором споют: “Браво, сёстры суфражистки!”». В русском же переводе «скоро дочки наших дочек, бойко выстроясь в рядочек, в честь нас песенку споют».

Нет слов, «дочек–рядочек» – заманчивая рифма, но в зарифмованных этими словами строках разрушены логика и стиль оригинала. Сначала о логике: дочки наших дочек – это наши внучки, как же они могут «скоро» спеть про нас песенку, если родятся только через много лет? Ведь собственной дочери миссис Бэнкс ещё лет шесть.

Далее, зачем «дочкам дочек» выстраиваться в рядочек? Речь идёт о концертном исполнении песенки? Тогда почему «бойко»? И потом, неужели вся борьба затеяна ради того, чтобы внучки, выстроившись шеренгой, спели песенку? Не мелковата ли цель?

А теперь о стиле: уменьшительные формы дочка, рядочек, песенка стилистически сближают партию миссис Бэнкс с чем-то вроде частушки. Но миссис Бэнкс поёт не развлекательные куплеты, а, как я уже сказал, гимн движения, торжественную песню-призыв (пусть немного пародийный), и такие словечки в нём неуместны. Кстати, эта песня, хоть и поставленная в ироническом ключе, была созвучна эпохе фильма: на 60-е годы прошлого века пришлось наступление «второй волны» феминизма, представительницы которой считали суфражисток своими предшественницами.

Подлинная идея слов миссис Бэнкс заключается в благодарной памяти потомков. Здесь перевод требовал слов возвышенного стиля. Да, я понимаю, что перевести our daughters’ daughters как «дочери наших дочерей» не позволяет размер песенной строки. Пришлось бы искать другие варианты (ну, может быть «наши дочери и внучки»?), но в любом случае следовало категорически отказаться от «дочек дочек», «бойкого выстраивания в рядочек» и «песенки».

Итак, всё очевиднее принцип перевода, применённый к текстам песен в фильме «Мэри Поппинс»: сочиняется концовочное слово для одной из строк и к нему подбирается рифма из тех, что поближе лежат (она–темна, прав–нрав, дочек–рядочек). При этом не обращается внимание ни на логическую, ни на стилистическую верность оригиналу, да и вообще на логику, смысл и стиль. Таким методом писал стихи Незнайка: «Торопыжка был голодный, проглотил утюг холодный». Всё-таки правильно учил его поэт Цветик: «Сочиняй стихи так, чтобы были рифма и смысл».

Разговор с дымом

Перевод ещё одной песни я должен проанализировать: это песня “Chim-chiminy”, получившая отдельного «Оскара». Она звучит в фильме несколько раз (с вариациями), но мы рассмотрим первый куплет, который звучит в исполнении хора во время начальных титров фильма:

Chim-chiminy, chim-chiminy, chim-chim-cheree,
When you’re with a sweep, you’re in glad company.
Nowhere is there a more ’appier crew
Than them what sings “Chim-chim-cheree, chim-cheroo”.

Поясню, что первая и последняя строки содержат фонетические вариации на тему слова chimney («печная труба»). Само по себе это не представляет переводческой проблемы: звуковую игру как таковую передать невозможно, да это и ни к чему. По смыслу же в песне обыгрывается смысл английской приметы: встреча с трубочистом и его рукопожатие – знак удачи и везения.

Слушаем русский перевод:

Дым, полезай, дым, полезай прямо в трубу.
Зола на ладонях и сажа на лбу.
Дым, полезай, дым, полезай вдоль по трубе.
Удачу несут эти руки тебе.

Во-первых, меня в этой строфе смущает отсутствие слова трубочист. Мало ли у кого «зола на ладонях и сажа на лбу». Но больше всего мне не нравится приглашение дыму «полезай в трубу» и – что ещё хуже – «полезай вдоль по трубе». Первое – абсурдно, второе – грамматически и лексически некорректно.

Наконец, можно запутаться в том, к кому обращается автор песни: к дыму («полезай в трубу») или к слушателю («удачу несут эти руки тебе»). Синтаксис этих стихов таков, что можно даже подумать, будто «эти руки» несут удачу дыму. Да и смысл размыт: из сообщения о том, что «руки несут удачу», по-моему, трудно заключить, что речь идёт о рукопожатии трубочиста.

Вернёмся ещё раз к залезанию дыма в трубу. Пожалуй, я знаю, на какой образ ориентировались переводчики. Во время приключений Мэри Поппинс и её друзей на крыше печной дым играл роль то лестницы, то транспортного средства, и в какой-то момент герои плавно спустились вниз на клубах дыма, который как бы всасывался в трубу.

Но всё равно это не нужный для перевода песни образ. Ведь песня-то впервые исполняется в фильме задолго до этих кадров, и ничего подобного в её оригинальном тексте нет. Да и получилось малограмотно.

Приведу ещё пару показательных строк из песни о трубочисте:

Though I spends me time in the ashes and smoke,
in this ’ole wide world there’s no ’appier bloke.

В этих словах заключён оптимистический настрой песни – трубочист не унывает, он считает себя самым счастливым человеком на свете. Но в русском варианте песни выражен прямо противоложный смысл:

Справиться проще с нелёгкой судьбой,
Когда поднимается дым над трубой.

Вместо оптимизма – нытьё по поводу «нелёгкой судьбы». И ясно, откуда эта «нелёгкая судьба» взялась: она просто оказалась под рукой в качестве подрифмовки к «трубе». Опять Незнайкин метод сочинения стихов.

Боюсь, русский перевод песни “Chim-chiminy” никак не тянет на «Оскара». Разве только на какую-нибудь «Золотую малину».

Пух во рту

Однако достаточно про песни. Посмотрим, как переводчики справились с шутками. В этом фильме они основаны на очаровательном, бесхитростном детском юморе, который не так часто встречается в детском кино. Больше всего шуток звучит в сцене визита к дяде Альберту, который очень любит смеяться.

Вот одна из них (в русской версии):

– Я вспомнил сейчас о своём брате. Он устроился работать в часовую мастерскую.
– В часовую мастерскую? А что он делает?
– Целый день подкручивает усики у часов.

Далее следует громкий смех. А вам смешно? Мне тоже нет.

В английском оригинале Берт рассказывает, что его брат работает на часовой фабрике, а его работа заключается в том, что он целый день “makes faces”. Здесь-то понятно, чему смеяться: юмор основан на двойном значении этого выражения – дословном («делает циферблаты») и идиоматическом («гримасничает», «корчит рожи»).

Вот как переведена ещё одна шутка.

– На днях, когда было довольно холодно, один мой приятель пошёл купить себе тёплое бельё. Продавец спрашивает его: «Из овечьего пуха?». А мой друг отвечает: «Мне всё равно, лишь бы не громко блеял».

Опять взрыв смеха на экране… и, полагаю, полный ступор недоумения у зрителя.

Расскажу, как эта шутка звучит по-английски. Покупатель попросил у продавца “some long underwear” (тёплое нижнее белье, а если быть точным – кальсоны). Продавец спросил: “How long do you want it?” («Какой длины бельё вам нужно?», однако этот вопрос можно понять и по-другому: «Как долго оно вам будет нужно?»). Ну, и ответ был таков: «Примерно с сентября по март».

Эта шутка основана на двойном лексическом и грамматическом значении слова long – как прилагательного в значении «длинный» и как наречия в значении «долго». Конечно, такой анекдот необходимо было переделать в переводе, но только при этом постараться, чтобы было смешно.

Вот ещё шуточка (опять так, как она звучит в русской версии фильма):

– Это про моего дедушку. Ему как-то приснился страшный сон. Он так испугался, что всю свою подушку покусал. Наутро я говорю: «Как самочувствие, дедуля?». А он: «Вроде бы неплохо, только вот весь рот пухом забит».

Стараюсь, стараюсь найти в этом переводе что-то юмористическое, но не могу. Обратимся к английскому тексту. Ответ дедушки звучит так:

Oh, not bad. A little down in the mouth!

Вот это действительно смешная игра слов, основанная на двойном прочтении идиомы down in the mouth: она означает «в подавленном настроении», но буквально её можно интерпретировать и как «пух во рту».

Продолжим изучать шутки. Как вам следующий анекдот:

Вчера к одной моей соседке кто-то позвонил. Открыв дверь, она увидела мужчину, а тот ей говорит: «Мне ужасно жаль, но я задавил вашего кота». А потом он говорит: «Я с радостью бы его заменил». А дама сказала: «Я, в общем, не против, но вы не умеете ловить мышей».

Здесь, пожалуй, уловить юмор можно, но с некоторым усилием. По-английски соль шутки заключается в двусмысленной реплике “I’d like to replace the cat”. По-русски же дословный перевод работает плохо. Ведь в таких случаях у нас выражаются по-другому, например: «Я подарю вам другого кота». Да и оборот «с радостью» в устах человека, задавившего кошку, звучит нелепо. Так что в итоге и эта шутка получилась в переводе плоской.

А завершим мы анализ перевода анекдотов классической английской шуткой. Приведу её сначала в оригинале:

– I know a man with a wooden leg named Smith.
– What’s the name of his other leg?

Перевод:

– У меня был друг с деревянной ногой по имени Смит.
– А вторую его ногу как звали?

Ну, пожалуй, только этой шутке в русском варианте можно улыбнуться.

Подведём итог: из пяти переводов анекдотов, рассказанных в сцене чаепития с дядей Альбертом, смешным оказался только один. Ещё одна шутка звучит неостроумно, а три остальных вообще лишены какого-то намёка не только на юмор, но, пожалуй, и на смысл. От них, действительно, ощущение пуха во рту.

Не спорю: игра слов не так легко поддаётся переводу. Но эти шутки надо было переделать или даже заменить на другие. Ведь наш фольклор тоже не беден юмором!

Нет ничего хуже, когда в фильме смеются, а зрителю не смешно.

Ненастроенное пианино

В заключение своего обзора не могу не упомянуть огорчительную ошибку перевода, которая меня в последнее время, можно сказать, преследует. Только недавно я писал про неё в одной из своих статей в связи с фильмом “The Piano”. В русском прокате этому фильму дали название «Пианино», хотя и в самом фильме, и на рекламных постерах к нему фигурирует вовсе не пианино, а рояль.

И вот, пожалуйста: в фильме «Мэри Поппинс» реплика мистера Бэнкса: “I suggest you have this piano repaired” переведена на русский… вероятно, вы уже догадались, как:

– Пора уже пианино настроить.

При этом в кадре отчётливо видно, что мистер Бэнкс сидит за роялем.

Можно было бы и дальше анализировать текст русской версии диснеевского фильма, но отмеченных «достижений» перевода, я думаю, уже достаточно, чтобы понять, почему эта версия никак не отдаёт должное оригиналу. Этот перевод не то чтобы совсем беспомощен, но он не выдержан стилистически и часто не в ладах с грамматикой, логикой и смыслом. Если рассматривать его как целостное произведение, то в нём утрачены внутритекстовые связи, воспитательный подтекст. Чем дальше слушаешь его, тем сильнее ощущение, что сделан он равнодушно и небрежно, по принципу «что получилось, то получилось», «и так сойдёт».

Конфетка оказалась переработана в… пресную, безвкусную жвачку. Увы.

Правда, я не уверен, что в этом надо больше винить переводчиков, чем заказчиков. Пора серьёзно задуматься: а возможен ли вообще качественный дубляж музыкальных фильмов? Да и нужен ли он? Можно ли настроить пианино так, чтобы исполнять на нём партию саксофона?

Как бы ни были переведены песни, оригинальный голос певца с его уникальным тембром, интонациями и манерой исполнения всё-таки важен не меньше артикулируемых слов. Вспомним, как дружно осудила критика русский дубляж мюзикла «Чикаго». И не за текст либретто, а за саму идею подменить пение одних выдающихся певцов и артистов пением других, пусть даже тоже выдающихся.

Если говорить о Джули Эндрюз, то её вокальные данные незаурядны. Наша публика имела возможность оценить их хотя бы во втором её оскароносном мюзикле – «Звуки музыки», имевшем у нас в стране большой успех. В нём перевод был наложен субтитрами.

Размышляя над удачами и неудачами в иноязычной адаптации мюзиклов, я всё больше склоняюсь к мысли о том, что субтитры – оптимальная возможность не испортить оригинал. Впрочем, в отношении фильмов для детей младшего возраста вопрос остаётся открытым.

A пока мой совет таков: учите детей английскому языку. И когда вы покажете им диснеевскую «Мэри Поппинс», пусть им захочется сказать:

It’s supercalifragilisticexpialidocious!



В продолжение этой статьи читайте заметку
«Критика на службе практики»