Воскресенье, 23.04.2017, 10:55
Приветствую Вас Гость | RSS

Сайт Д.И. Ермоловича



РАЗДЕЛЫ САЙТА
Если вы регистрировались
Login:
Пароль:

Вопросы-ответы, дискуссии

Главная » Вопросы-ответы, дискуссии (336)

Переход к страницам с материалами: 1-7 8-14 15-21 22-28 29-35 ... 323-329 330-336

Вопросы и ответы [264]
В этой рубрике размещаются вопросы, которые пользователи сайта задают Д.И. Ермоловичу
Дополняем НБРАС [5]
Сюда можно направлять все предложения, дополнения и замечания по содержанию "Нового Большого русско-английского словаря" Д.И. Ермоловича и Т.М. Красавиной
Дискуссии и полемика [75]
В этой рубрике можно высказать своё мнение по дискуссионным вопросам

Содержание:


Последние 7 материалов из всех рубрик раздела:

Роман (г. Мурманск):
Дмитрий Иванович, Я бы хотел уточнить один момент из параграфа 26 Вашего учебника "Передача эргонимов, включающих топоним или мемориальный антропоним". На стр. 161 Вы приводите три случая возможной передачи топонима в сочетании с антропонимом, когда речь идет о названиях различного рода учреждений. Из Ваших рассуждений я понял, что наиболее предпочтительным вариантом для переводчика является тот, при котором топоним стоит в конечной позиции с предлогом of (например, the Lomonosov State University of Moscow). При переводе топонима в форме прилагательного мы должны использовать начальную форму названия города, в котором располагается данное учреждение, то есть Moscow State University. Скажите, а если бы по каким-то причинам мы избрали транслитерацию топонима в исходной форме, то есть писали бы Moskovsky State University, было бы оправдано в таком случае употребление определенного артикля перед транслитерированным вариантом?

Д.И. ЕРМОЛОВИЧ:

Не могу представить себе причин, по которым был бы необходим такой вариант передачи, но если последовать Вашему предположению, то артикль был бы не нужен: наименование выступало бы в качестве «чистого» имени собственного. Такой вариант передачи соответствовал бы по-русски чему-то вроде *Государственный университет «Московский». Однако, повторяю, я не стал бы следовать по пути подобных экспериментов.

Павел (Железногорск):
Уважаемый Дмитрий Иванович, у меня, конечно, к Вам много вопросов, но начну с малого: может ли фамилия Magan иметь транскрипцию /ma'gan/? Я не знаю, как установить происхождение этой фамилии, и не нашел ни одной транскрипции, но в моем случае Veronica Magan свою фамилию произносит следующим образом: https://www.youtube.com/watch?v=FQMTc8yKvwg&t - начиная с 20 секунды На мой слух, обе гласные звучат почти одинаково, и главное отличие в том, что вторая -- ударная. Вот, покопался в oxforddictionaries.com и раздобыл не совсем, конечно, подходящие, но все же примеры: Barak, Ehud /baˈrak/; Tamang /taˈmaŋ/; SAVAK /ˈsavak/; есть еще , например, единица измерения farad /'farad/. Соответственно, может ли Veronica Magan передаваться на кириллице как Вероника Мэгэн? Еще прошу Вас помочь мне со швейцарцем по имени Daniel Neuenschwander. Моя догадка -- Даниэль Ниншвандер, но я просто отталкиваюсь от распространенных примеров.

Д.И. ЕРМОЛОВИЧ:

На ролике YouTube лектор произносит свою фамилию как [mǝ'gæn], что по правилам практической транскрипции должно передаваться по-русски как Магэн (с ударением, естественно, также на втором слоге; безударная гласная а транслитерируется).

Немецкое именование Daniel Neuenschwander передаётся регулярно, т.е. как Даниэль Нойеншвандер. Рекомендую пользоваться моими «Правилами практической транскрипции».

Вопросы и ответы | Фамилия Magan Просмотров: 228 | Дата: 29.12.2016 | Рейтинг: 0.0/0 | Комментарии (3)
Виктор Березной (г. Гармиш-Партенкирхен, Германия):
Уважаемый Дмитрий Иванович!

СПАСИБО за Ваши яркие публикации, за подвижнический труд на ниве языкознания! Зачитываюсь (засматриваюсь, заслушиваюсь) всеми Вашими творениями…

Позвольте вернуться к вопросу о контаминации русской речи ненужными заимствованиями, в частности, к такому аспекту – десемантизация (по-моему, это явление так называется) заимствуемого (калькируемого) слова в принимающем языке и его (слова) наполнение новым значением. Так произошло, как вы, конечно, знаете, в немецком языке с английским словом «handy», ставшем «мобильником» («Handy»).

В речь первых лиц государства (видимо, из представляемых советниками докладных записок в красных папках, из заметок недоучившихся журналистов и (или) статей переучившихся политологов) стремительно проникает и потом всеми активно подхватывается поток заимствований – «таргетирование» (инфляции), «сенситивный» (вопрос), «акторы», «стратегические коммуникации» и др. При этом в таких заимствованиях, как правило, особой необходимости нет, поскольку все эти явления (предметы) уже давно вполне адекватно обслуживаются более традиционными для русского языка словами. На этом фоне интересная история приключилась, как мне представляется, со ставшим столь модным в последнее время словом «имплементация». У меня сложилось впечатление, что им заполняется своего рода лексическая лакуна, характерная для русского языка и причиняющая определенные неудобства переводчикам. Речь об английском слове «enforcement», которое нелегко перевести на русский во многих контекстах в силу несовпадения картин мира и правовых традиций «у нас и у них». Так вот, в 9 случаях из 10 (по моим ненаучным наблюдениям) в речи русскоязычных начальников, специалистов и не очень слово «имплементация» (русскими буквами) используется в значении «enforcement» («принудительное применение»). У меня при этом подозрение, что в заимствовании этого слова весьма мало целесообразности, ибо оно – избыточное дублирование таких слов, как «реализация», «выполнение», «осуществление», «материализация» и др., не так ли?

К слову, стремление свою «ученость показать» нередко ставит в неловкое положение не только журналистов и политологов, но и первых лиц государства. Достаточно вспомнить неоднозначную реакцию на «дауншифтинг» (down(-)shifting») в исполнении Г. Грефа, председателя правления Сбербанка России.

Или вот загадочное слово «модальности», дважды использованное в тексте «Комплекса мер по выполнению Минских соглашений»: «начать диалог о МОДАЛЬНОСТЯХ проведения местных выборов» и «определение МОДАЛЬНОСТЕЙ полного восстановления социально-экономических связей». Понятно, откуда «уши растут», но зачем в столь важный текст «вбрасывать» загадочные слова? Впрочем, это уже другая тема.

Спасибо!

Д.И. ЕРМОЛОВИЧ:

Виктор, спасибо за добрые слова!

Явление, о котором Вы пишете, — это скорее не десемантизация (обеднение значения), а ресемантизация (изменение значения). В принципе заимствованные слова часто меняют значение в принимающем языке, в этом нет ничего нового. Например, слово аккуратный происходит от латинского accuratus — «точный, тщательный, заботливый», но в русском языке оно приобрело не свойственные исходному слову значения «опрятный, чистый, ровный». Однако те случаи, о которых пишете Вы, — это, конечно, ничем не оправданные буквализмы людей, не обладающих достаточной культурой родной речи, чтобы задумываться об адекватных способах выражения иноязычных смыслов. Так что я с Вами вполне солидарен.

По поводу «имплементации»: я, честно говоря, не чувствую в этом словоупотреблении того же значения, что в английском enforcement, т.е. оттенка принудительности. Мне кажется, что это чистый «слепок» с implementation, в который наши деятели вкладывают обычный смысл «исполнение, реализация». И, разумеется, слепок абсолютно ненужный. Как и Вас, меня от таких «русских» слов коробит. Могу добавить свежее поступление в перечень варваризмов, пущенных в обиход под эгидой Германа Грефа: это словечко «дизрупция», которым переводчики Сбербанка воспользовались для передачи термина disruption («крупный шаг вперёд, революционное изменение») в изданной при спонсорстве Сбербанка книге Клауса Шваба «Четвертая промышленная революция». Презентация русского перевода этой книги состоялась буквально на днях; мне довелось быть переводчиком этого события, и я получил экземпляр книги. Могу сказать, что она вся напичкана такими словами-уродцами. Так что источники засорения варваризмами русского языка лежат у нас перед глазами.

Александр (Железногорск):
Дорого вам дня, Дмитрий Иванович!
Скажите пожалуйста, планируете ли вы продавать ваши книги в цифровом издании, скажем на площадке Google Play Market? Очень удобно было бы иметь их в кармане. Я бы стал таким покупателем. Ну и конечно, не приходится ждать доставки.
Надеюсь на ваш ответ. Спасибо вам за ваш труд!

Д.И. ЕРМОЛОВИЧ:

Александр, этот вопрос мне задают регулярно. Я хорошо понимаю, что многим пользователям хотелось бы приобрести мои книги, словари и учебные пособия в электронном формате и изучаю возможности для этого. Но эти возможности, увы, пока неблагоприятны.

В электронном виде можно приобрести НОВЫЙ БОЛЬШОЙ РУССКО-АНГЛИЙСКИЙ СЛОВАРЬ под моей редакцией (см. инструкцию, как его скачать).

Что касается других книг, то продавать их через Google Play Market в России можно, только став участником программы «Google Play Книг» (странное название, но именно так написано на сайте Google). При этом, однако, Google сообщает: «Регистрация издателей в Партнерском центре Google Play Книг временно приостановлена». Мой издатель подал заявку на регистрацию и на уведомление о том, когда она будет возобновлена, но этого пока не происходит.

Что касается других ресурсов по продаже электронных книг, то ни один из них не обеспечивает адекватной защиты продаваемой книги от пиратского копирования.

Судя по опыту пиратского сканирования моих книг в прошлом, я не сомневаюсь, что при выкладывании незащищённой электронной книги в Интернет-магазине её сразу же начнут тиражировать пираты. В результате не будет продаваться ни электронная книга, ни печатные экземпляры. В этом-то и причина того, что пока что мои книги можно приобрести лишь на бумаге. (Дешевле всего это делать через издательство «Аудитория»).

 

 

Алексей (г. Пенза):
Здравствуйте, Дмитрий Иванович! Я много лет учу английский язык самостоятельно и в течение всего этого времени всегда предвзято относился к отечественным учебникам английской грамматики. Может потому что они напоминали мне скучные уроки английского в школе. Поэтому учился я в основном по книгам Мёрфи и Свона. В них грамматика излагается очень лаконично, упор сделан на примеры, избегается сложная лингвистическая терминология. Именно это поначалу и подкупало, а теперь именно в этом я вижу их главный недостаток :) Уровень знания языка вырос, я начал подрабатывать переводами, и теперь хочется более организованного, академичного описания грамматики английского языка, без упрощений и желательно с сопоставлением с грамматическими конструкциями в русском языке. Не так давно мне попался старый советский учебник Е. А. Натанзон "Oblique Mood. Modal Verbs" и меня очень впечатлил уровень изложения материала. Захотелось чего-то подобного: с такими же лаконичными объяснениями, обилием примеров, заданий и ответов к ним. В связи с чем хотелось бы узнать ваше мнение как специалиста: как вы оцениваете уровень советской и современной русскоязычной литературы по английскому языку? Какие отечественные пособия вы бы порекомендовали? И в чем плюсы и минусы англоязычных и русскоязычных учебников? Заранее большое спасибо за ответ!

Д.И. ЕРМОЛОВИЧ:

Алексей, плюсы и минусы западных и отечественных учебников по грамматике и другим аспектам английского языка я вижу в том же, в чём их видите и Вы: западные учебники стремятся к максимальному упрощению и сокращению «теоретического» аппарата. Например, их авторы не видят необходимости объяснять изучающим различия между английским герундием, отглагольным существительным на -ing и причастием I, а объединяют все эти категории термином "ing-form". Такой подход годится до поры до времени, но на дальнейших этапах овладения языком возникает потребность в более тонком освоении его внутренней организации, а сделать это, пользуясь прежним примитивным аппаратом, невозможно. В то же время человеку, привыкшему к примивным ярлычкам, а не научной терминологии, бывает очень трудно перестроиться. Но именно на этой черте элементарных ярлыков западные учебники, как правило, и останавливаются.

Англоязычные авторы к тому же не понимают всех потребностей тех, кто изучает их язык. Какие-то вещи для них подразумеваются сами собой, но отнюдь не очевидны для людей, у кого родной язык не английский. Поэтому лучше всего написать учебник английского могут, я полагаю, только иностранные специалисты, способные взглянуть на английский язык со стороны. Помнится, однажды в молодости я приобрёл толстенный японский учебник английской грамматики, который назывался Saito's Advanced English Course. Вот это был учебник! В нём была практически вся информация об английском языке со всеми его нюансами и тонкостями, причём авторы не боялись лингвистической терминологии, хотя и были нацелены на выработку практических навыков. Единственный недостаток этой книги состоял в том, что она была выпущена в 1947 году и уже в те годы, когда я приобрёл её, несколько устарела. Не знаю, пытался ли кто-либо выпустить современное издание этого учебника, не слышал о таком.

Советские же и российские учебники страдали прежде всего тем недостатком, что их авторы писали свои книги в отрыве от живой языковой и переводческой практики. Знаменитый советский учебник Н. А. Бонк (именно Бонк, а не «Бонка», как часто можно слышать, т.к. его автор — женщина), несмотря ни на какие переработки и обновления, отражал страшно устарелые конструкции и обороты. Авторы учебника жили за «железным занавесом» и либо воспроизводили (и адаптировали) старые литературные и газетные тексты, либо «высасывали из пальца» нечто, лишь отдалённо напоминающие реальную английскую речь.

Не думаю, что ситуация серьёзно изменилась сейчас: судя по уровню наших вузовских «англичанок», какими бы учёными степенями они ни обзавелись, хороший учебник они написать не в состоянии. Впрочем, буду откровенен: так как моя специализация — перевод, я не слежу за современными учебниками английской грамматики и учебниками общего характера, поэтому никакой ответственной оценки дать им не могу. Вам придётся положиться на собственную интуицию и действовать методом проб и ошибок. Если найдёте что-либо интересное, пишите сюда, делитесь своими находками!

Анна:
Здравствуйте, уважаемый Дмитрий Иванович! Подскажите, пожалуйста, как правильно передавать на русский язык названия компаний, включающие в себя название государства, например: <...> (Cyprus/BVI/UK/China) Ltd? "<...> (Сайпрус/Би-ви-ай/Ю-кей/Чайна) Лтд" или все-таки "<...> (Кипр/Британские Виргинские острова/Великобритания/Китай) Лтд."? Спасибо!

 

Д.И. ЕРМОЛОВИЧ:
По всем правилам, если топоним входит в название компании, которое в остальных частях транскрибируется, он тоже должен подвергаться практической транскрипции. Вот несколько примеров передачи: «Юнайтед Стейтс Стил», «Чайна Машинери Инжиниринг Корпорейшн», «Смартгеймз Холдингс (Сайпрус) Лимитед».
Здравствуйте, Дмитрий Иванович!

Уже довольно давно я пытаюсь найти адекватный английский эквивалент "школьному изложению". То есть я имею ввиду вид работы, когда учительница прочитала довольно длинный текст, ученики прослушали и изложили его письменно своими словами, обычно подробно. В Вашем словаре предлагается вариант "exposition", но в англоязычных толковых словарях (Oxford, Webster, Longman и т.д.) это слово толкуется в первую очередь как "A comprehensive description and explanation of an idea or theory", что, на мой взгляд не совсем, что сюда надо. Да и и примеров употребления этого слова в школьном контексте я не нашел, но может плохо искал. Плюс "exposition" или "expo" многие носители понимают как "выставка" .
Из других предполагаемых вариантов для "изложения" у меня есть "retelling" (самый безопасный вариант пока, мне кажется.) Еще вариант "summary". В принципе, это то, что надо, но обычно summary краткое должно быть, а подробное школьное изложение школьное подразумевает, чтобы были все предложения переданы в идеале. Ну и есть "dictogloss", недавно нашел. Вроде то, что надо, но цели у этого вида работы другие (a language teaching technique that is used to teach grammatical structures, in which students form small groups and summarize a target-language text), да и тексты, читаемые учителем, обычно длиной всего несколько предложений. Также слышал вариант "reproduction", но он мне кажется однозначно неправильным, т.к. это, на мой взгляд это тогда будет точная копия, репродукция, а не изложение.
Еще есть несколько вариантов вроде "treatment" и "rendering", но думаю, в школьной контексте они не употребляются.
Очень хотелось бы услышать Ваше мнение на сегодняшний момент. Спасибо.

Д.И. ЕРМОЛОВИЧ:

Передача "школьных" терминов на английский язык затруднена разностью подходов и методик школьного обучения у нас и в англоязычных странах. То же изложение в российской (советской) школе нацелено в первую очередь на развитие навыков письменной речи, расширение лексикона и синтаксического арсенала учащихся, умение выразить одну и ту же мысль разными способами, тогда как, например, американские педагоги нацеливают подобные упражнения в первую очередь на развитие логических навыков, способности отделять главное от второстепенного в каких-то историях, делать выводы из них.

Ваши поиски термина подвели Вас, я думаю, к совершенно правильному варианту, основанному на глаголе retell. В западных школах ученикам часто предлагают retell a story in writing, а сам вид такой работы называется retelling a story и даже выражением, в котором глагол способом конверсии превращается в существительное, — story retell. Мне этот термин кажется частью педагогического сленга, но он получил определённые права на существование, как можно видеть из прилагаемого рисунка с сайта под названием "Miss Chittle's class blog" (щёлкните по нему мышкой, чтобы увеличить).

Встречается в западной школьной практике и такой близкий к нашему изложению вид заданий, как recount (логические выстроенный пересказ текста или сводная информация о каком-либо событии). В словаре НБРАС я привёл и термин book report, годный для изложения содержания книги.


ПОИСК ПО САЙТУ