Понедельник, 24.06.2024, 13:48
Приветствую Вас Гость | RSS

Сайт Д.И. Ермоловича



ПОИСК ПО САЙТУ
РАЗДЕЛЫ САЙТА
А.Д. Швейцер На страницу «Мои учителя»

Александр Давыдович ШВЕЙЦЕР


(1923—2002)
 

Доктор филологических наук Александр Давыдович Швейцер читал на нашем курсе лекции по теории перевода. Это было в 1971/72 учебном году. Курс был большой, и теорию перевода читали разным потокам два лектора: Яков Иосифович Рецкер и Александр Давыдович. Моя группа входила в поток, которой читал лекции Рецкер, а Швейцер был на другом потоке. Но Александр Давыдович читал лекции не одновременно с Рецкером, а на следующей «паре». И я, прослушав лекцию Рецкера, бежал потом на другой поток слушать Швейцера.

Таким образом, я прослушал в институте не один курс лекций по теории перевода, а целых два! Представляете, как мне повезло! Читали они свои курсы совершенно по-разному: каждый на основе своей будущей монографии, уже готовящейся к изданию (книга Я.И. Рецкера вышла в свет в 1974 году, а книга А.Д.Швейцера — «Перевод и лингвистика» — в 1973-м). Так что я и мои однокурсники были среди первых, кому излагались положения книг, составивших эпоху в советском переводоведении.

Кроме того, если Яков Иосифович читал курс по-русски, то Александр Давыдович — на английском языке. И на каком английском! Такой английский редко от кого можно было услышать.

Не хочу никого критиковать, но большинство наших преподавателей (в основном преподавательниц) говорили на английском языке, выученном ими в СССР, — да другого и нельзя было ожидать, потому что все тогда жили за железным занавесом. Их язык был ориентирован на стиль британской литературы начала XX века (читать и анализировать нам задавали Моэма, Уайльда и Голсуорси), и, хотя знание книжного стиля, безусловно, необходимо будущему переводчику, нам, как воздуха, недоставало живой, современной разговорной речи.

И вот Александр Давыдович, к тому моменту уже значительное время проработавший в Америке, в ООН, говорил на потрясающе естественном, остро современном и очень красивом американском варианте английского языка. Чувствовалось, что его речь не отличается от речи настоящих высокообразованных американцев. Прибавьте к этому его глубокий баритон, изумительную — можно сказать, мхатовскую — дикцию, высокий рост, статную осанку, уверенную и внушительную манеру говорить: его лекциями можно было наслаждаться, даже не особенно вдаваясь в их смысл, а просто слушая как музыку. Но и по содержанию они были безумно интересны, и некоторые фрагменты из его лекций до сих пор просто звучат у меня в памяти.

Да, 60-е — 70-е годы прошлого века были для инъяза эпохой корифеев. Какие имена: Рецкер, Швейцер, Бархударов, Комиссаров, Левицкая, Фитерман, Чернов, Денисенко — и все эти переводчики и лингвисты высочайшего уровня работали на английском отделении переводческого факультета в одни и те же годы! Общение с таким созвездием преподавателей, как ничто, обогащало наш багаж знаний и закладывало в нас основы профессионализма.

Чего стоили защиты курсовых работ и дипломов! Я вспоминаю, как в нашей группе защищался Миша Беликов. Руководителем его дипломной работы, как и моей, был Яков Иосифович Рецкер, а рецензентом — Александр Давыдович Швейцер. Теоретический комментарий Мишиной работы был написан, естественно, в русле воззрений его руководителя. А между Рецкером и Швейцером существовали некоторые теоретические расхождения, и с рядом выводов работы Беликова Александр Давыдович был не согласен. Поэтому его резюме было таково: «Работа может быть оценена как хорошая, а может быть, даже как отличная».

Мы напряглись: ведь это могло означать, что его разногласия с Рецкером отразятся на оценке работы одного из лучших студентов курса. Но это были, конечно, настоящие педагоги: они не стали делать из студента жертву академической полемики. Работа Беликова получила отличную оценку, а сам он — «красный» диплом.

Но ход обсуждения этого студенческой работы вылился в научную дискуссию между Рецкером и Швейцером. Та манера взаимного уважения и достоинства, в которой они вели весьма острую теоретическую полемику, заставляла нас следить за их спором, затаив дыхание и раскрыв рты. Я на всю жизнь запомнил впечатление от этой дискуссии, которая отложилась в моей памяти под условным названием «битва гигантов». Они и вправду были гигантами интеллекта и гигантами человеческой порядочности.

Значительно позже, когда я уже стал опытным синхронистом, мне довелось и самому сидеть в одной переводческой кабине с Александром Давыдовичем. Он, конечно, превосходно «синхронил». А ещё запомнилось то, что ни на йоту не отступал от ооновской системы смены напарника в кабине: ровно в начале и ровно в середине каждого часа, независимо от времени начала работы и длительности перерывов. Как известно, в нашей стране в основном практиковалась и практикуется иная система: по «чистому» времени работы у микрофона. Но А.Д. Швейцер, по-моему, даже не подозревал о том, что может существовать какой-то иной принцип, кроме ооновского. Именно в паре с ним я научился работать в таком режиме (и, кстати, считаю его очень удобным).

Ещё позже случилось так, что среди моих студентов оказался сын Александра Давыдовича — Владимир. Теперь Владимир Александрович Швейцер работает в США, тоже в системе ООН, хотя и не переводчиком. Благодаря его любезности я и смог поместить на этой страничке два фото Александра Давыдовича, одно из которых (справа) запечатлело А.Д. Швейцера совсем молодым, в возрасте 22 лет.

Помимо научных трудов, у Александра Давыдовича Швейцера есть ещё автобиографическая книга — «Глазами переводчика». Я очень рад тому, что вскоре она публикуется вторым изданием. Как только эта книга выйдет в свет, я непременно сообщу об этом на сайте.

© Д.И. Ермолович
март 2010 г.



ВНИМАНИЕ! Книга А.Д. Швейцера «Глазами переводчика» выпущена издательством «Р.Валент» в конце 2011 года (на титульном листе самой книги значится 2012 год).